https://sputnik-ossetia.ru/20261009/kolossalnyy-zapros-na-izmeneniya-o-chem-govoryat-rezultaty-vyborov-v-yuzhnoy-osetii-41547998.html
Колоссальный запрос на изменения: о чем говорят результаты выборов в Южной Осетии
Колоссальный запрос на изменения: о чем говорят результаты выборов в Южной Осетии
Sputnik Южная Осетия
В Южной Осетии начинается новый политический этап. Новый президент Марат Камболов получил мандат на проведение собственного курса и теперь должен перейти от... 09.10.2026, Sputnik Южная Осетия
2026-10-09T11:33+0300
2026-10-09T11:33+0300
2026-10-09T11:39+0300
южная осетия
мнение
марат камболов
интервью
россия
общество
экономика
https://cdnn1.img.sputnik-ossetia.ru/img/07ea/09/0e/41096234_0:161:3071:1888_1920x0_80_0_0_50c1b279af9705dbe79b1cf4ed6eec97.jpg
В Южной Осетии начинается новый политический этап. Новый президент Марат Камболов получил мандат на проведение собственного курса и теперь должен перейти от предвыборных заявлений к конкретным решениям. Перед новой администрацией стоят вопросы обновления системы управления, формирования команды, развития экономики, социальной политики и дальнейшего взаимодействия с Россией.Какими должны стать первые шаги президента? Какие решения общество ждет в первую очередь? Как укрепить доверие власти? Об этом Sputnik поговорил с экспертом, бывшим госсоветником президента Южной Осетии Сосланом Джусоевым. – Избрание Марата Камболова стало заметным политическим событием для Южной Осетии. Как вы оцениваете политическое значение выборов и о каком общественном запросе говорят результаты? – Результаты выборов, в первую очередь, говорят о колоссальном запросе на изменения. Люди проголосовали за лучшее будущее, у них есть определенные надежды, связанные с тем, что ситуация фундаментально поменяется, потому что сложившаяся обстановка, я думаю, мало кого устраивает. Поэтому Камболов выступает неким символом надежд на перемены. Мне кажется, что 85%, которые он получил на выборах, это как раз процент общества, который хочет реальных изменений. Что касается значения, думаю, что любые президентские выборы имеют большое политическое значение. Мы ведь выбираем главу государства на следующие пять лет. В этом плане нынешний выбор я не стал бы отдельно выделять. Особенность их, конечно, заключается в том, что они были досрочными. Но все прошло спокойно, без эксцессов и происшествий. Поэтому сейчас от своего имени я могу только пожелать и Марату Камболову, и новой команде удачи в дальнейшей работе. – Вы сказали, что главным запросом были перемены. Можно ли сказать, что люди голосовали не только за конкретного человека, но и за изменение самой системы управления? – Я как раз думаю, что люди голосовали именно за изменения в системе. Давайте будем откровенны, Камболов – наш человек, он осетин, но до выборов большинство населения республики о нем мало что знало. Но его приход общество восприняло как перелом сложившейся депрессивной ситуации. Кроме того, все видят, что человек пользуется широкой поддержкой федеральных структур. Поэтому для меня этот выбор – это прежде всего запрос на изменения. В отношениях с Москвой Южная Осетия должна стать более субъектной– Российская Федерация остается ключевым стратегическим партнером Южной Осетии. Может ли новая администрация предложить Москве собственную повестку сотрудничества, которая могла бы учитывать долгосрочные интересы республики? – Я на это очень надеюсь. Это вообще очень хороший вопрос. Спасибо, что его задали. Многие у нас считают, что Южная Осетия просто двигается в фарватере решений, которые принимаются в Москве, и выступает лишь в роли исполнителя. Но этот подход фундаментально неправильный, он в корне некорректный, не отвечающий интересам республики и народа. Я по своему опыту работы могу сказать, что в федеральных структурах чаще всего именно от нас ждут инициативы, потому что это наша республика, наша земля. Мы здесь ситуацию знаем лучше, мы свои потребности знаем лучше. И я надеюсь, что именно сейчас повестка будет в большей степени формироваться в Цхинвале. Что именно мы будем предлагать, чего при предыдущих президентах, к сожалению, не было. Нам нужно выходить с какими-то проектными решениями и инициативами, и желательно это делать минимум на срок пять лет. Мне кажется, что любой президент должен оперировать сроком как минимум в пять лет, а желательно еще больше. – Взаимодействие с российской стороной требует не только сохранения достигнутых договоренностей, но и их дальнейшего развития. Какие политические и дипломатические задачи предстоит решать действующей власти в отношениях с Москвой?– Я думаю, что политические и дипломатические отношения с Россией уже устоявшиеся. Но, наверное, вернусь к предыдущим нашим нарративам. Надеюсь, что в этих отношениях Южная Осетия станет более субъектной, что нас будут чаще слышать, и самое главное, у нас будет больше идей и проектов, которые мы будем предлагать нашим российским партнерам и в случае необходимости лоббировать. Конечно, есть большие проекты, которые сейчас обсуждаются, есть проекты поменьше, но мы сейчас в такой ситуации, что для нас важно все. Мы не можем разделять наши проекты или экономические инициативы на более важные и менее важные. Поэтому я искренне надеюсь, что республика станет более субъектной и в отношениях с Россией, и в международном формате тоже. – Вы сказали о том, что в отношениях с Россией нужно продвигать свои интересы. Как это сделать? Как сохранить баланс между союзническими отношениями и защитой своих национальных интересов?– Я думаю, что баланс сохранить очень просто. У нас больших противоречий и разногласий с Российской Федерацией нет. Их не бывает. Конечно, бывают вопросы, которые для нас болезненные, – социального или экономического характера. Но российские партнеры не то чтобы против, но они могут казаться им не такими важными, не первостепенными. И очень часто в двусторонней работе возникает необходимость доказывать, аргументировать, объяснять, что нам это надо непременно, и нам на это нужны некие ресурсы или другая поддержка. Этот баланс сейчас должен выстраиваться следующим образом: нужно прежде всего исходить из интересов, потребностей нашего населения. То, что нам нужно. – После выборов общество ожидает не только того, что изменения коснутся каких-то персоналий, но и принципов работы органов власти. По-вашему, какие преобразования в системе управления сегодня наиболее необходимы и востребованы? – Мне трудно об этом говорить, потому что я уже несколько лет не нахожусь в системе госслужбы. Конечно, нужны изменения по персоналиям, люди этого очень ждут. Люди вручили Камболову очень серьезный мандат, у него большой кредит доверия на то, чтобы производить необходимые изменения и не оглядываться ни на какие элитные группы. То есть делать так, как правильно, делать так, как нужно именно обществу в широком понимании. А что касается каких-то системных изменений, я думаю, что они будут, и прежде всего коснутся, наверное, структуры правительства. Мне кажется, что будут произведены какие-то переформатирования, перегруппировки министерств и ведомств в плане объединения или, наоборот, выделения каких-то функций в отдельные органы. Много говорят и о давно наболевшей проблеме в наших двусторонних отношениях с Россией – это сокращение устойчивых бюджетников. Я надеюсь, что, если они будут, то будут произведены максимально корректно и мягко. Потому что работы в республике нет. И если человек теряет заработок, если он не трудоустроен, то у него часто не остается другого выхода, кроме как встать и уехать. Поэтому, надеюсь, что вопрос будет решаться очень корректно и в интересах народа. Нужно дать СМИ нормально работать– Достаточно долгое время власть была закрыта для журналистов. Как вы думаете, что нужно предпринять руководству, чтобы сделать более прозрачной и открытой работу госорганов для общества? Потому что это является причиной очень многих негативных моментов. – Здесь, как говорится, вам виднее, и я с вами полностью согласен. Очень много проблем бывает именно из-за закрытости, из-за того, что людям не объясняют происходящий процесс или решения, которые касаются публичной сферы. У нас была такая власть, которая часто даже пряталась от общества. Все происходило кулуарно, люди узнавали обо всем постфактум. И даже если эти решения не болезненные, это все равно вызывает раздражение и недоверие. Главное в функционировании любого общества, любого государства, семьи – это доверие. Это и есть наш главный капитал, его размывать ни в коем случае нельзя.А для большей открытости все просто – нужно соблюдать закон. Люди имеют право знать, что происходит в республике. Журналисты для этого и существуют, чтобы освещать проблемы, чтобы подсвечивать какие-то моменты, даже если это кому-то не нравится. Нужно просто дать средствам массовой информации нормально работать. Марат Камболов сам активно ведет свой телеграм-канал, это тоже, конечно, большое подспорье в плане открытости власти для общества. Но нужно не смотреть на журналистов, как на врагов. У нас часто такой подход бывал в органах власти, что журналисты наши оппоненты, а это не так. – По-моему, это, наоборот, очень большая сила, которая помогает власти.– Абсолютно. Если нормально выстраивать взаимодействие со СМИ, то любая власть от этого только выиграет. Причем выигрыш будет, на мой взгляд, просто колоссальным в репутационном плане. – Предвыборная кампания была отмечена тем, что не было черного пиара, негативных информационных вбросов. Означает ли это, что новая власть нацелена на консолидацию общества и какие шаги для этого необходимы?– Конечно, идея консолидации очень важна и нужна. Более того, она была центральной в предвыборной кампании Марата Камболова. Как мы помним, когда он приехал в республику, то сразу заявил, что нужно отбросить старые разногласия и вместе работать. Но при этом мне не нравится, что идея разъединенности нашего общества как будто нам искусственно навязывается. И это касается как бывших, так и действующих политиков.Мне кажется, что наша разъединенность очень сильно переоценена и раздута. Кандидат выиграл с результатом 85%. То есть люди консолидировано за него проголосовали. Люди хотят изменений, и они выступили единым фронтом. Поэтому я бы фактор какого-то разъединения не стал преувеличивать и не стал бы его настолько часто озвучивать в публичной сфере. Потому что мы как будто сами это провоцируем постоянным упоминанием того, что мы разъединены, нас надо объединить. Мне кажется, что серьезных противоречий в Южной Осетии по важным принципиальным вопросам на данный момент, по крайней мере, нет. Я очень надеюсь, что новый президент и его команда своими действиями это единство будут только укреплять.
https://sputnik-ossetia.ru/20260713/eks-sovetnik-prezidenta-nazval-prichiny-tormozyaschie-razvitie-ekonomiki-yuzhnoy-osetii-40026068.html
https://sputnik-ossetia.ru/20260925/deputat-parlamenta-yuzhnoy-osetii-obyasnil-uverennuyu-pobedu-kambolova-na-vyborakh-41329318.html
https://sputnik-ossetia.ru/20261005/dzhioev-novyy-dogovor-s-rossiey-sozdaet-khoroshie-osnovaniya-dlya-rosta-yuzhnoy-osetii-41483311.html
https://sputnik-ossetia.ru/20261002/novaya-politicheskaya-povestka-yuzhnoy-osetii-ozhidaniya-prioritety-i-otnosheniya-s-rossiey-41440440.html
https://sputnik-ossetia.ru/20261006/kambolov-yuzhnaya-osetiya-ne-dolzhna-postoyanno-podderzhivat-ubytochnye-predpriyatiya-41509849.html
https://sputnik-ossetia.ru/20260925/vazagov-pobeda-kambolova-obuslovlena-konkretikoy-v-ego-programme-i-realnymi-shagami--41330594.html
россия
Sputnik Южная Осетия
media@sputniknews.com
+74956456601
MIA „Rossiya Segodnya“
2026
Диана Козаева
https://cdnn1.img.sputnik-ossetia.ru/img/853/62/8536236_104:106:476:478_100x100_80_0_0_984300395402bed111e736a8cd4258b9.jpg
Диана Козаева
https://cdnn1.img.sputnik-ossetia.ru/img/853/62/8536236_104:106:476:478_100x100_80_0_0_984300395402bed111e736a8cd4258b9.jpg
Новости
ru_OS
Sputnik Южная Осетия
media@sputniknews.com
+74956456601
MIA „Rossiya Segodnya“
Sputnik Южная Осетия
media@sputniknews.com
+74956456601
MIA „Rossiya Segodnya“
Диана Козаева
https://cdnn1.img.sputnik-ossetia.ru/img/853/62/8536236_104:106:476:478_100x100_80_0_0_984300395402bed111e736a8cd4258b9.jpg
южная осетия, мнение, марат камболов , интервью, россия, общество, экономика
южная осетия, мнение, марат камболов , интервью, россия, общество, экономика
В Южной Осетии начинается новый политический этап. Новый президент Марат Камболов получил мандат на проведение собственного курса и теперь должен перейти от предвыборных заявлений к конкретным решениям. Перед новой администрацией стоят вопросы обновления системы управления, формирования команды, развития экономики, социальной политики и дальнейшего взаимодействия с Россией.
Какими должны стать первые шаги президента? Какие решения общество ждет в первую очередь? Как укрепить доверие власти? Об этом Sputnik поговорил с экспертом, бывшим госсоветником президента Южной Осетии Сосланом Джусоевым.
– Избрание Марата Камболова стало заметным политическим событием для Южной Осетии. Как вы оцениваете политическое значение выборов и о каком общественном запросе говорят результаты?
– Результаты выборов, в первую очередь, говорят о колоссальном запросе на изменения. Люди проголосовали за лучшее будущее, у них есть определенные надежды, связанные с тем, что ситуация фундаментально поменяется, потому что сложившаяся обстановка, я думаю, мало кого устраивает. Поэтому Камболов выступает неким символом надежд на перемены. Мне кажется, что 85%, которые он получил на выборах, это как раз процент общества, который хочет реальных изменений.
Что касается значения, думаю, что любые президентские выборы имеют большое политическое значение. Мы ведь выбираем главу государства на следующие пять лет. В этом плане нынешний выбор я не стал бы отдельно выделять. Особенность их, конечно, заключается в том, что они были досрочными. Но все прошло спокойно, без эксцессов и происшествий. Поэтому сейчас от своего имени я могу только пожелать и Марату Камболову, и новой команде удачи в дальнейшей работе.
– Вы сказали, что главным запросом были перемены. Можно ли сказать, что люди голосовали не только за конкретного человека, но и за изменение самой системы управления?
– Я как раз думаю, что люди голосовали именно за изменения в системе. Давайте будем откровенны, Камболов – наш человек, он осетин, но до выборов большинство населения республики о нем мало что знало. Но его приход общество восприняло как перелом сложившейся депрессивной ситуации. Кроме того, все видят, что человек пользуется широкой поддержкой федеральных структур. Поэтому для меня этот выбор – это прежде всего запрос на изменения.
В отношениях с Москвой Южная Осетия должна стать более субъектной
– Российская Федерация остается ключевым стратегическим партнером Южной Осетии. Может ли новая администрация предложить Москве собственную повестку сотрудничества, которая могла бы учитывать долгосрочные интересы республики?
– Я на это очень надеюсь. Это вообще очень хороший вопрос. Спасибо, что его задали. Многие у нас считают, что Южная Осетия просто двигается в фарватере решений, которые принимаются в Москве, и выступает лишь в роли исполнителя. Но этот подход фундаментально неправильный, он в корне некорректный, не отвечающий интересам республики и народа.
Я по своему опыту работы могу сказать, что в федеральных структурах чаще всего именно от нас ждут инициативы, потому что это наша республика, наша земля. Мы здесь ситуацию знаем лучше, мы свои потребности знаем лучше. И я надеюсь, что именно сейчас повестка будет в большей степени формироваться в Цхинвале. Что именно мы будем предлагать, чего при предыдущих президентах, к сожалению, не было.
Нам нужно выходить с какими-то проектными решениями и инициативами, и желательно это делать минимум на срок пять лет. Мне кажется, что любой президент должен оперировать сроком как минимум в пять лет, а желательно еще больше.
– Взаимодействие с российской стороной требует не только сохранения достигнутых договоренностей, но и их дальнейшего развития. Какие политические и дипломатические задачи предстоит решать действующей власти в отношениях с Москвой?
– Я думаю, что политические и дипломатические отношения с Россией уже устоявшиеся. Но, наверное, вернусь к предыдущим нашим нарративам. Надеюсь, что в этих отношениях Южная Осетия станет более субъектной, что нас будут чаще слышать, и самое главное, у нас будет больше идей и проектов, которые мы будем предлагать нашим российским партнерам и в случае необходимости лоббировать.
Конечно, есть большие проекты, которые сейчас обсуждаются, есть проекты поменьше, но мы сейчас в такой ситуации, что для нас важно все. Мы не можем разделять наши проекты или экономические инициативы на более важные и менее важные. Поэтому я искренне надеюсь, что республика станет более субъектной и в отношениях с Россией, и в международном формате тоже.
– Вы сказали о том, что в отношениях с Россией нужно продвигать свои интересы. Как это сделать? Как сохранить баланс между союзническими отношениями и защитой своих национальных интересов?
– Я думаю, что баланс сохранить очень просто. У нас больших противоречий и разногласий с Российской Федерацией нет. Их не бывает. Конечно, бывают вопросы, которые для нас болезненные, – социального или экономического характера. Но российские партнеры не то чтобы против, но они могут казаться им не такими важными, не первостепенными. И очень часто в двусторонней работе возникает необходимость доказывать, аргументировать, объяснять, что нам это надо непременно, и нам на это нужны некие ресурсы или другая поддержка. Этот баланс сейчас должен выстраиваться следующим образом: нужно прежде всего исходить из интересов, потребностей нашего населения. То, что нам нужно.
– После выборов общество ожидает не только того, что изменения коснутся каких-то персоналий, но и принципов работы органов власти. По-вашему, какие преобразования в системе управления сегодня наиболее необходимы и востребованы?
– Мне трудно об этом говорить, потому что я уже несколько лет не нахожусь в системе госслужбы. Конечно, нужны изменения по персоналиям, люди этого очень ждут. Люди вручили Камболову очень серьезный мандат, у него большой кредит доверия на то, чтобы производить необходимые изменения и не оглядываться ни на какие элитные группы. То есть делать так, как правильно, делать так, как нужно именно обществу в широком понимании. А что касается каких-то системных изменений, я думаю, что они будут, и прежде всего коснутся, наверное, структуры правительства. Мне кажется, что будут произведены какие-то переформатирования, перегруппировки министерств и ведомств в плане объединения или, наоборот, выделения каких-то функций в отдельные органы.
Много говорят и о давно наболевшей проблеме в наших двусторонних отношениях с Россией – это сокращение устойчивых бюджетников. Я надеюсь, что, если они будут, то будут произведены максимально корректно и мягко. Потому что работы в республике нет. И если человек теряет заработок, если он не трудоустроен, то у него часто не остается другого выхода, кроме как встать и уехать. Поэтому, надеюсь, что вопрос будет решаться очень корректно и в интересах народа.
Нужно дать СМИ нормально работать
– Достаточно долгое время власть была закрыта для журналистов. Как вы думаете, что нужно предпринять руководству, чтобы сделать более прозрачной и открытой работу госорганов для общества? Потому что это является причиной очень многих негативных моментов.
– Здесь, как говорится, вам виднее, и я с вами полностью согласен. Очень много проблем бывает именно из-за закрытости, из-за того, что людям не объясняют происходящий процесс или решения, которые касаются публичной сферы. У нас была такая власть, которая часто даже пряталась от общества. Все происходило кулуарно, люди узнавали обо всем постфактум. И даже если эти решения не болезненные, это все равно вызывает раздражение и недоверие. Главное в функционировании любого общества, любого государства, семьи – это доверие. Это и есть наш главный капитал, его размывать ни в коем случае нельзя.
А для большей открытости все просто – нужно соблюдать закон. Люди имеют право знать, что происходит в республике. Журналисты для этого и существуют, чтобы освещать проблемы, чтобы подсвечивать какие-то моменты, даже если это кому-то не нравится. Нужно просто дать средствам массовой информации нормально работать. Марат Камболов сам активно ведет свой телеграм-канал, это тоже, конечно, большое подспорье в плане открытости власти для общества. Но нужно не смотреть на журналистов, как на врагов. У нас часто такой подход бывал в органах власти, что журналисты наши оппоненты, а это не так.
– По-моему, это, наоборот, очень большая сила, которая помогает власти.
– Абсолютно. Если нормально выстраивать взаимодействие со СМИ, то любая власть от этого только выиграет. Причем выигрыш будет, на мой взгляд, просто колоссальным в репутационном плане.
– Предвыборная кампания была отмечена тем, что не было черного пиара, негативных информационных вбросов. Означает ли это, что новая власть нацелена на консолидацию общества и какие шаги для этого необходимы?
– Конечно, идея консолидации очень важна и нужна. Более того, она была центральной в предвыборной кампании Марата Камболова. Как мы помним, когда он приехал в республику, то сразу заявил, что нужно отбросить старые разногласия и вместе работать. Но при этом мне не нравится, что идея разъединенности нашего общества как будто нам искусственно навязывается. И это касается как бывших, так и действующих политиков.
Мне кажется, что наша разъединенность очень сильно переоценена и раздута. Кандидат выиграл с результатом 85%. То есть люди консолидировано за него проголосовали. Люди хотят изменений, и они выступили единым фронтом. Поэтому я бы фактор какого-то разъединения не стал преувеличивать и не стал бы его настолько часто озвучивать в публичной сфере. Потому что мы как будто сами это провоцируем постоянным упоминанием того, что мы разъединены, нас надо объединить. Мне кажется, что серьезных противоречий в Южной Осетии по важным принципиальным вопросам на данный момент, по крайней мере, нет.
Я очень надеюсь, что новый президент и его команда своими действиями это единство будут только укреплять.
