05:05 19 Октября 2021
Прямой эфир
  • EUR82.46
  • USD71.17
Южная Осетия
Получить короткую ссылку
100-летие геноцида осетин (74)
86664

Борис Еналдиев был активным участником не только событий 1920 года, но и революционного движения. Он часто рассказывал своим детям о том, что происходило в те тяжелые годы.

Лейла Дриаева

В последнее время о событиях геноцида осетин в 1920 году много говорится и пишется, особенно сейчас - в год столетия трагической даты. Эту тему нельзя было поднимать в советское время, потому что все советские народы считались братскими и должны были жить в мире, а все, что было плохого между отдельными нациями, следовало забыть. Но человеческая память такие вещи не забывает. Старшее поколение рассказывает об этом младшим, и так, из поколения в поколение переходят рассказы, хоть многое уже и не видно за дымкой времени.

Сегодня уже нет в живых тех, кто пережил этот геноцид, кто сражался с грузинскими меньшевиками. Но среди нас много тех, кому рассказывали о тех событиях и тех, кто их запомнил. В их числе Наташа и Назират Еналдиевы, другие братья и сестры. Их отец Борис был активным участником не только событий 1920 года, но и революционного движения. Он часто рассказывал своим детям о том, что происходило в те тяжелые годы.

Борис Еналдиев родился в высокогорном селе Мзиу, что в Дзауском районе. Он сам был очевидцем события столетней давности. Мужчина принимал участие и в Первой мировой войне. В то время он попал в плен и три года пробыл в Германии. Делясь воспоминаниями, он рассказывал своим детям о том, что ему пришлось пережить в плену. Их загоняли в бараки и давали черствые куски хлеба. Они и до этого знали, что такое голод, но так как морили их в плену, такого не было никогда.

Со временем силы покидали пленных, они гибли один за другим. Со слов Бориса, каждое утро из бараков увозили мертвых. После 16 дней плена тогдашнее правительство Российской империи выкупило тех, кто еще остался в живых. Борис вернулся в родное село. Вернулся в то время, когда в Осетии усиливалось революционное движение. В то время здесь действовал революционный комитет земледельцев. Борис тоже стал его членом. Получивший немалый опыт на войне он держал связь с партизанскими группами севера и юга Осетии. Он часто вспоминал известных революционеров Александра Дзаттиева, Мате Санакоева и других, поскольку он передавал им все сведения о меньшевиках.

В свободное время Борис помогал родителям в хозяйстве. Его отец Дзамболат был очень трудолюбивым человеком. Они считались зажиточной семьей, держали много скота, а в городе у них был магазин.

По словам Наташи, в магазине продавали не только мясо, которое они производили, но и карамельные конфеты и ириски, которые делали сами.

Дзамболату многие завидовали, называли его кулаком, доносили на него, но так и не смогли закрепить за ним этот "статус". Потому что он не держал наемных рабочих. Все, что было у семьи, они заработали благодаря собственному труду. Два сына и шесть дочерей сами выполняли всю работу по дому, поэтому прислуга им была не нужна.
Будучи в составе партизанской группы, Борис знал о темных планах меньшевиков. И этот день настал. 12 июня 1920 года меньшевики прорвались в Цхинвал. Тогда погибло очень много защитников города. Они не смогли дать сопротивления вооруженной армии, поскольку у самих почти не было никакого оружия. Меньшевистская армия начала зачищать территорию Южной Осетии от осетин, отдавая на растерзание огню целые села.    

20 июня они расстреляли 13 коммунаров.

Меньшевики убивали в селах тех, кто не смог бежать, а затем сжигали их дотла. После того, как они прошлись огнем по Знаурскому району, их путь лежал в Дзауское ущелье. В то время меньшевики взяли в плен жителя села Мзиу Гедевана Голованова. Он был человеком необразованным и когда грузины спрашивали его, за что он воюет, мужчина не мог дать им внятного ответа. Его избили до полусмерти и оставили, будучи уверенными, что он мертв.

Такие случаи порождали страх в сердцах жителей села Мзиу, поэтому они приняли решение примкнуть к беженцам. Сельчане выкопали ямы в своих огородах и спрятали туда свои пожитки. А после присоединились к беженцам, которые направлялись в Северную Осетию.

Отец Бориса бежать не согласился, он остался в селе один. Борису было тяжело оставлять отца, но других членов семьи надо было отвезти к родственникам в Северную Осетию. Он боялся, что в пути с ними может что-то случиться. Особенно опасался за сестру, которая ждала ребенка.

К тому времени меньшевики добрались и до его села. Увидев незнакомцев, отец Бориса подался в лес. Оттуда он наблюдал за ними, прошло совсем немного времени и над селом заплясали языки пламени. Не горел лишь один дом на окраине села. Он принадлежал человеку, предателю, который привел меньшевиков в село.  

Несколько дней Дзамболат провел в логове медведя. Когда Борис услышал, что его село сожгли, как и десятки других, он поспешил вернуться на поиски отца. Он застал дом, когда там догорали последние угольки. Со слезами на глазах, думаю, что отец сгорел в своем доме, Борис пытался найти среди пепла его останки. Дзамболат видел это и вышел из леса, подошел к сыну сзади и спросил, не его ли он ищет среди обгоревших обломков дома. Отец и сын не могли нарадоваться друг другу.

Борис рассказал отцу о том, какие испытания выпали на долю бежавших от геноцида. Многие из них ослабели от голода, и так и не смогли дойти до места, других косила болезнь. Дзамболат вспомнил, что через несколько дней после того, как беженцы отправились в путь, он увидел, как в село вернулись их соседи - отец с сыном, чтобы забрать с собой, картошку, которую спрятали в яме. Наполнив мешок из козьей кожи они поспешили в сторону леса, чтобы догнать своих. Мужчинам удалось уйти незамеченными.

Но Дзамболата меньшевики однажды все же заметили, долго за ним охотились. Они были на конях и Дзамболат боялся, что они его догонят. Старик в сердцах уже прощался с родным селом, когда в нескольких метрах от себя заметил место, где зимой сошла лавина. Он бросился туда в поисках спасения. Под лавиной оказался проход, Дзамболат направился в сторону села Кусджыта. Грузины думали, что рано или поздно он оттуда выйдет или же замерзнет. Они прождали несколько часов, а затем ушли. Дважды спасшись от врагов, Дзамболат не стал испытывать судьбу в третий раз и перейдя через перевал отправился в Северную Осетию, вслед за своей семьей.

Борису в то время тоже понадобилось несколько раз одолевать перевал. В один из таких дней он решил проведать отца. Он долго его искал, обошел все село, даже в логове медведя проверил, но отца нигде не было. Борис долго корил себя за то, что не забрал отца вместе с другими членами семьи на север Осетии. Смирившись с тем, что отца он там не найдет, Борис вернулся обратно к родственникам, у которых жили его родные.

Сестры и братья поняли, в чем дело и спрятали отца в другой комнате. Борис вошел в дом и со слезами на глазах рассказал родным, что больше не нашел отца, которого, наверное, убили грузины. Отец не смог долго наблюдать за печалью сына и вышел к нему. Их радости вновь не было конца.

Это время закончилось. Меньшевики были разбиты, беженцы снова начали возвращаться в свои сгоревшие дома. Около 20 тысяч из них остались в Северной Осетии или же уехали в другие места. Среди тех, кто решил вернуться, была и семья Еналдиевых.

Темы:
100-летие геноцида осетин (74)

Главные темы

Орбита Sputnik