https://sputnik-ossetia.ru/20260803/moy-samyy-blizkiy-drug-alan-kasoev-o-pamyati-ottsa-tvorchestve-i-litsee-iskusstv-40355369.html
Мой самый близкий друг: Алан Касоев о памяти отца, творчестве и Лицее искусств
Мой самый близкий друг: Алан Касоев о памяти отца, творчестве и Лицее искусств
Sputnik Южная Осетия
Третьего августа исполняется шесть лет со дня смерти народного художника Южной Осетии, основателя Лицея искусств Лаврентия Касоева. Время летит быстро, но для... 03.08.2026, Sputnik Южная Осетия
2026-08-03T19:09+0300
2026-08-03T19:09+0300
2026-08-03T19:09+0300
южная осетия
образование
искусство
интервью
https://cdnn1.img.sputnik-ossetia.ru/img/07ea/07/1d/40288533_0:161:3071:1888_1920x0_80_0_0_8a33a313f7084503cad948995845a842.jpg
Третьего августа исполняется шесть лет со дня смерти народного художника Южной Осетии, основателя Лицея искусств Лаврентия Касоева. Время летит быстро, но для его близких и учеников эта утрата остается ощутимой. Алан Касоев, сын художника, поделился со Sputnik воспоминаниями об отце, его уникальном методе воспитания, любви к родине и главном деле его жизни.Незримое присутствиеРазмышляя о прошедших годах, Алан Касоев признается, что ему остро не хватает отца, особенно возможности поделиться с ним творческими исканиями и получить от него главную в жизни оценку.Отношения между ними строились на молчаливом личном примере, вспоминает Касоев - Лаврентий Павлович никогда не читал нотаций и не настаивал на своем мнении, вместо этого деликатно подталкивая сына."Вот у него был молчаливый пример. Он никогда меня не ругал. Я понимаю, что когда-то я какую-то работу сделал неправильно, но он мне никогда не сказал, что это неправильно. Он просто говорил: "А ты попробуй еще... А ты не хочешь попробовать?.. А вдруг вот так получится?" - рассказывает Касоев. По его словам, отец понимал, что у подростков - а Алан начал рисовать именно в этом сложном возрасте - любые поучения вызывают сопротивление, и выбрал другой метод обучения.В 1996 году Алан Касоев прошел вступительные испытания в Суриковский институт, однако поступить не смог - не было паспорта. Это в какой-то мере лишило его интереса к рисунку, и на много лет он ушел в другую серию - видеосъемки, монтаж, кино... Лишь в 2017 году, когда Лаврентий Павлович уже тяжело болел, его сын вернулся к рисованию и начал делать первые работы в графике.Даже сегодня, работая над новыми картинами, Алан продолжает ощущать незримую поддержку отца и внутренне сверяет свои результаты с его возможным мнением."Иногда бывает, когда один на один, я с ним общаюсь. Правда, он не отвечает, связи нет оттуда, к сожалению. (смеется) Его присутствие рядом всегда чувствуется. И, естественно, любая работа, она... внутри я понимаю, как бы он ее оценил", - рассказывает он.Чем была Осетия для Лаврентия КасоеваНа вопрос о том, чем была родина для его отца, Алан отвечает емко: "Всем". Лаврентий Павлович неоднократно отклонял заманчивые предложения переехать в Москву или остаться в Тбилиси при академии, поскольку видел свое предназначение исключительно на родной земле."Он считал своей задачей здесь созидать, в Осетии. Он никогда громко об этом не говорил, но в личных разговорах я понимал, насколько для него важна Осетия", - вспоминает Касоев.Этот патриотизм проявлялся и в его бескомпромиссности как художника. Несмотря на житейские трудности, он категорически отказывался писать картины на продажу в ущерб своему внутреннему призванию."Я его спрашивал: "А почему ты не делаешь картины для продажи? Жить-то тоже хочется". Он отвечал: "Я не могу. Не могу, потому что я должен творить то, что я хочу"... Теперь я понимаю, что он был абсолютно прав. Если бы он это делал, он боролся бы сам с собой. Зачем? Он же нас вырастил, воспитал. Так, как он поступал, это было абсолютно правильно. Он был сильным, потому что имел возможность в себе держать этот стержень и жить таким образом. Было тяжело, но он жил и творил", - говорит Касоев.Главное дело жизниСоздание в 1991 году первого Лицея искусств в Южной Осетии стало высшим проявлением любви художника к своей родине. Начинать это дело в тяжелейшие годы войны и разрухи казалось многим безумием, однако у Лаврентия Касоева был свой взгляд на вещи.Строительство и отстаивание лицея требовали огромных сил, борьбы с бюрократией и бытовыми трудностями в непростые послевоенные годы, но Лаврентий Павлович отдавал этому делу всего себя.Сегодня, спустя шесть лет после его смерти, семья и общественность ждут выполнения обещанного на его похоронах решения - присвоить Лицею искусств имя его создателя.Он добавляет, что будет бороться и добиваться решения этого вопроса, сколько бы времени это ни заняло: Лаврентий Касоев отдал свою жизнь Лицею искусств.
https://sputnik-ossetia.ru/20251109/k-76-letiyu-lavrentiya-kasoeva-pamyati-narodnogo-khudozhnika-yuzhnoy-osetii-24815855.html
Sputnik Южная Осетия
media@sputniknews.com
+74956456601
MIA „Rossiya Segodnya“
2026
Александра Цховребова
https://cdnn1.img.sputnik-ossetia.ru/img/727/48/7274849_552:0:2552:1999_100x100_80_0_0_af425313a93cc3d20fa50dae928b804a.jpg
Александра Цховребова
https://cdnn1.img.sputnik-ossetia.ru/img/727/48/7274849_552:0:2552:1999_100x100_80_0_0_af425313a93cc3d20fa50dae928b804a.jpg
Новости
ru_OS
Sputnik Южная Осетия
media@sputniknews.com
+74956456601
MIA „Rossiya Segodnya“
Sputnik Южная Осетия
media@sputniknews.com
+74956456601
MIA „Rossiya Segodnya“
Александра Цховребова
https://cdnn1.img.sputnik-ossetia.ru/img/727/48/7274849_552:0:2552:1999_100x100_80_0_0_af425313a93cc3d20fa50dae928b804a.jpg
южная осетия, образование, искусство, интервью
южная осетия, образование, искусство, интервью
Третьего августа исполняется шесть лет со дня смерти народного художника Южной Осетии, основателя Лицея искусств Лаврентия Касоева. Время летит быстро, но для его близких и учеников эта утрата остается ощутимой. Алан Касоев, сын художника, поделился со Sputnik воспоминаниями об отце, его уникальном методе воспитания, любви к родине и главном деле его жизни.
Размышляя о прошедших годах, Алан Касоев признается, что ему остро не хватает отца, особенно возможности поделиться с ним творческими исканиями и получить от него главную в жизни оценку.
"Его очень сильно не хватает. Я даже часто говорю своим, семейным, что мне не с кем поделиться чем-то... Они говорят, мол, мы же здесь. Но это не те эмоции. Эмоции, с которыми я делился с отцом, их уже, наверное, не с кем... особенно в творчестве не с кем поделиться. Он был, по крайней мере для меня, крайне необычным человеком, самым близким другом", - говорит он.
Отношения между ними строились на молчаливом личном примере, вспоминает Касоев - Лаврентий Павлович никогда не читал нотаций и не настаивал на своем мнении, вместо этого деликатно подталкивая сына.
"Вот у него был молчаливый пример. Он никогда меня не ругал. Я понимаю, что когда-то я какую-то работу сделал неправильно, но он мне никогда не сказал, что это неправильно. Он просто говорил: "А ты попробуй еще... А ты не хочешь попробовать?.. А вдруг вот так получится?" - рассказывает Касоев.
По его словам, отец понимал, что у подростков - а Алан начал рисовать именно в этом сложном возрасте - любые поучения вызывают сопротивление, и выбрал другой метод обучения.
В 1996 году Алан Касоев прошел вступительные испытания в Суриковский институт, однако поступить не смог - не было паспорта. Это в какой-то мере лишило его интереса к рисунку, и на много лет он ушел в другую серию - видеосъемки, монтаж, кино... Лишь в 2017 году, когда Лаврентий Павлович уже тяжело болел, его сын вернулся к рисованию и начал делать первые работы в графике.
"Под конец его жизни был такой момент: я сижу на кухне, он рядом, что-то рисует, ночь была, и он мне говорит: "Слушай, хорошо, что ты не поступил". Я говорю: "А почему?" "А ты, - говорит, - остался свободным. У тебя нет никаких академических рамок. Ты делаешь то, что ты хочешь. Ты свободен". Меня сначала это удивило, а потом я понял: да, он был прав. Хотя я считаю, что вообще было бы круто, если бы я, конечно, учился. Я понимаю, много чего мне надо заново изучать, но это мне не сильно мешает творить", - рассказывает Касоев.
Даже сегодня, работая над новыми картинами, Алан продолжает ощущать незримую поддержку отца и внутренне сверяет свои результаты с его возможным мнением.
"Иногда бывает, когда один на один, я с ним общаюсь. Правда, он не отвечает, связи нет оттуда, к сожалению. (смеется) Его присутствие рядом всегда чувствуется. И, естественно, любая работа, она... внутри я понимаю, как бы он ее оценил", - рассказывает он.
Чем была Осетия для Лаврентия Касоева
На вопрос о том, чем была родина для его отца, Алан отвечает емко: "Всем". Лаврентий Павлович неоднократно отклонял заманчивые предложения переехать в Москву или остаться в Тбилиси при академии, поскольку видел свое предназначение исключительно на родной земле.
"Он считал своей задачей здесь созидать, в Осетии. Он никогда громко об этом не говорил, но в личных разговорах я понимал, насколько для него важна Осетия", - вспоминает Касоев.
Этот патриотизм проявлялся и в его бескомпромиссности как художника. Несмотря на житейские трудности, он категорически отказывался писать картины на продажу в ущерб своему внутреннему призванию.
"Я его спрашивал: "А почему ты не делаешь картины для продажи? Жить-то тоже хочется". Он отвечал: "Я не могу. Не могу, потому что я должен творить то, что я хочу"... Теперь я понимаю, что он был абсолютно прав. Если бы он это делал, он боролся бы сам с собой. Зачем? Он же нас вырастил, воспитал. Так, как он поступал, это было абсолютно правильно. Он был сильным, потому что имел возможность в себе держать этот стержень и жить таким образом. Было тяжело, но он жил и творил", - говорит Касоев.
Создание в 1991 году первого Лицея искусств в Южной Осетии стало высшим проявлением любви художника к своей родине. Начинать это дело в тяжелейшие годы войны и разрухи казалось многим безумием, однако у Лаврентия Касоева был свой взгляд на вещи.
"Был октябрь, по-моему, 1 или 2 октября, я уже точно не помню, 1991 года, когда лицей открылся. Шла война. И все... ну не все, большинство ему говорили: "Какой лицей, какое искусство? Война идет". Он говорил: "Единственное, что нас спасет, это искусство в принципе". И это правильно. И это правда во все века. Кроме культуры и искусства ничего человечество не спасает, не только отдельное государство, а человечество. Человечество живет и существует благодаря творчеству, искусству и культуре", - утверждает Касоев.
Строительство и отстаивание лицея требовали огромных сил, борьбы с бюрократией и бытовыми трудностями в непростые послевоенные годы, но Лаврентий Павлович отдавал этому делу всего себя.
Сегодня, спустя шесть лет после его смерти, семья и общественность ждут выполнения обещанного на его похоронах решения - присвоить Лицею искусств имя его создателя.
"Вот сейчас прошло шесть лет с момента, когда его не стало, и когда на похоронах было сказано, что лицей вот-вот переименуют его именем. С тех пор ничего не происходит. И у меня ко всем этот вопрос: почему? Ко всем руководителям: почему? Не потому, что это мой отец, а потому, что надо понимать, что человек созидавший, кто бы ни был - его имя должно оставаться. Это для нашего будущего", - подчеркивает Касоев.
Он добавляет, что будет бороться и добиваться решения этого вопроса, сколько бы времени это ни заняло: Лаврентий Касоев отдал свою жизнь Лицею искусств.
